Мифологемы "калинов мост" и "речка Смородинка" в произведениях русской литературы начала XX века; А. Н. Толстой: "Топор", сказки; А. М. Ремизов: "Посолонь"

II. Мифологемы "калинов мост" и "речка Смородинка" в произведениях русской литературы начала XX века

2.1. А. Н. Толстой: "Топор", сказки

           В начале XX века А. Н. Толстой, наряду с другими сказками для детей, пишет сказку "Топор", за подписью Мирза Тургень, и включает ее в книгу "Сорочьи сказки" (впервые - журн. "Тропинка", 1909, №1, январь; здесь см. Приложение 2). Позже из-за несоответствия выделенных сказочных циклов Толстой исключит сказку из сборника.
           За незамысловатым сюжетом скрывается глубинный архетип Добра и Зла. Главным героем, как видно из названия, является Топор - образ темной силы, порождение Нави, проникшее в Явь. Его антиподом, как ни странно, является калинов мост - светлая сила, противостоящая Злу. В сказке нет ни богатыря, ни Змея, но это не мешает ей, не отменяет присутствия обиженной стороны и обидчика, а также героя готового защитить невинно страдающих. И Топор и калинов мост, принимают на себя человеческие черты, наделяются речью, между ними происходит короткая перепалка - упрощенная сказочная форма "вызова на поединок". Но финал сказки несколько неожиданный - Топор, срубивший кудрявую березку Люлиньку, не может вернуться домой, в мир Нави - его не пропускает калинов мост, который "не пожалел спины, крякнул, и сломался… Топор шлепнулся в воду и потонул". Как мы видим, оба героя погибают, и вместе с их смертью исчезает "место перехода" из мира живых в мир мертвых. Можно предположить, что таким образом А. Н. Толстой предложил один из вариантов завершения бесконечного поединка темных и светлых сил, стер невидимую грань между Навью и Явью, узаконил вечный мир.
           Но на этом не заканчивается обращение писателя к сказочному образу калинового моста. У А.Н. Толстого возник замысел творческого редактирования русских сказок. Одной из них оказалась -"Иван - коровий сын", включающая в себя сюжет "бой на Калиновом Мосту".
           "…Я поступаю так, - писал Толстой, - из многочисленных вариантов народной сказки выбираю наиболее интересный, коренной, и обогащаю его из других вариантов яркими языковыми оборотами и сюжетными подробностями. Разумеется, мне приходится при таком собирании сказок из отдельных частей, или "реставрации" ее, дописывать кое-что самому, кое-что видоизменять, дополнять недостающее, но делаю я это в том же стиле…"⁵⁶.
           А. Н. Толстой ознакомился с двадцатью двумя вариантами сказки (библиография хранится в архиве). На их основе он составил сюжетный план сказки (центральное место в котором занимал мотив змееборчества), которым руководствовался, составляя сводный текст: "План: 1) Рождение. 2) Булавы. 3) Основание поездки. 4) Кровь. 5) Бой. 6) Три жены (колодезь, яблоня). 7) Кузница". Результатом работы писателя стала "специальная сказка, посвященная только бою с чудищем". Опираясь на сюжет "победитель змея", выделив его из других сюжетных линий, писатель придал ему главенствующую роль среди прочих, воскресив таким образом древний "миф о победе над чудовищем".
           Реализация плана велась на основе привлечения разных вариантов. В наибольшей степени использовался вариант Афанасьева №137 (А. Н. Афанасьев. Народные русские сказки. В трех томах. М.: "Гослитиздат", 1957): пункты плана 3, 4, 5, 6; для пункта 6 - еще и вариант №138 из того же сборника. Этот последний вариант и вариант Карнауховой (И. В. Карнаухова. Сказки и предания Северного края. М. - Л.: "Academia", 1934) №163 использованы при реализации пункта 1, а вариант Афанасьева №136 - для пункта 2. Для эпизода в кузнице (пункт 7) А. Н. Толстой воспользовался, кроме ранее привлеченного варианта Карнауховой №163, вариантами Садовникова (Д. Н. Садовников. Сказки и предания Самарского края. - "Записки Русского Географического общества по отделению этнографии", т. XII. СПб., 1884.) №1 и Афанасьева №135.

2. 2. А. М. Ремизов: "Посолонь"

           А. М. Ремизов подхватывает и расширяет принципы "неомифологической" литературы ( Д. Мережковский, Ф. Сологуб, А. Белый). Его книга-дебют - сборник сказок "Посолонь", опубликованный в 1907 году. Отдельным выпуском в журнале "Золотое руно", 1906, №7 вышли некоторые сказки, в том числе рассматриваемая мной "Кострома".
           "Посолонь" стала одним из первых шагов к воплощению задач, поставленных перед собой писателем: реконструкция народного мифа путем синтеза его реликтов, обнаруживающихся в различных фольклорных жанрах, и художественное пересоздание фольклорного текста. "При воссоздании народного мифа, - замечает А. М. Ремизов в письме в редакцию "Русских ведомостей", - когда материалом может стать потерявшее всякий смысл, но все еще обращающееся в народе, просто-напросто, какое-нибудь одно имя - "Кострома", "Калечина-Малечина", "Спорыш", "Мара-Марена", "Летавица" или какой-нибудь обычай в роде "Девятой пятницы", "Троецыпленницы", - все сводится к разнообразному сопоставлению известных, связанных с данным именем или обычаем фактов и к сравнительному изучению сходных у других народов, чтобы в конце концов проникнуть от бессмысленного и загадочного в имени или обычае к его душе и жизни, которую и требуется изобразить". (Ремизов А. М. Письмо в редакцию. - Русские ведомости, 1909, 6 сент., №205).
           Появление в свет "Посолони" вызвало хотя немногочисленные, но интересные отклики и рецензии. В личной переписке с А. М. Ремизовым высокую оценку дали книге сказок Е. А. Ляцкий, В. Я. Брюсов, Вяч. И. Иванов.
           А. Белый писал: "Наконец существуют попытки найти в глубочайших переживаниях современных индивидуалистов связь с мифотворчеством народа. Индивидуальные образы народного творчества (мифология) оживают вновь перед ними, находят отклик в их душе. К таким писателям принадлежит А. Ремизов"⁵⁷.
           М. Волошин проницательно указывал на игровое начало сказок, на способность писателя в буквальном смысле вживаться в мир древних обрядов в детской фантазии. "Детские игрушки - это древнейшие боги человечества… Безжалостно должна была жизнь преследовать человека для того, чтобы его заставить искать покрова и защиты у этих древних загнанных богов, которые в благодарность открыли ему так много первозданных мифов и первобытных тайн, скрытых в человеческом слове"⁵⁸.
           Именно в "Посолони", в глубине язычески темных времен берет свое начало ремизовская историософия, в ней реставрируется древнее мифологическое мировиденье, дана своеобразная утопия, характеризуемая гармоничным единством единством человека и природы. Конституирующим признаком этой утопии является "доличностый" характер восприятия мира: поэтому основной моделью для сюжетов и образов сказок становятся детские игры ("выродившиеся у взрослых обряды") и игрушки (в которые, по замечанию Волошина, превратились "старые боги").
           Ремизов ничего не придумывает. Его талант сказочника в том, что он подслушивает молчаливую жизнь вещей и явлений и разоблачает внутреннюю сущность, древний сон каждой вещи. Писатель подчеркивает "невыдуманность" книги, ее ориентацию на фактические источники - вплоть до языка: "Однажды я сделал опыт: я вспомнил, что надо прикоснуться к земле и только тогда оживу. Я взял Областные словари, издание II Отделения Академии Наук (т.76, №5), и, медленно читая, букву за буквой, я, не спеша, обошел всю Россию. И откуда что взялось. Моя "Посолонь" - ведь это не выдумка, не сочинение - это само собой пришло - дыхание и цвет русской земли - слова". (Ремизов А. М. Иверень. Berkeley, 1986. С. 25).
           "Посолонь" состоит из четырех частей: "Весна-Красна", "Лето Красное", "Осень Темная", "Зима Лютая". То есть книга обнимает собой круглый год. Само название говорит об этом - по солнцу, по течению солнца, солнцеворот. Сказка "Кострома" входит в содержание "Весны-красны" как мифологическая обработка детской игры, которая, как обряд, совершалась когда-то взрослыми.
           Во время игры Кострома умирает, и процессия с причитаниями несет ее хоронить: "Поле проходят, полянку, лесок за леском, проходят калиновый мост, вот и овражек, вот ключик - и бежит и недвижен - серая искорка пчелка…"⁵⁹.
           В примечаниях Ремизов дает следующее пояснение приведенной строчке: "Калина -символ девичьей молодости; ходить по калиновому мосту - предаваться беззаветному веселью. "Ой, нагнала лета мои на калиновом мосту; ой, вернитеся, вернитеся хоть на часок в гости!"⁶⁰.
           Сравните, что пишет А. А. Потебня в книге "Символ и миф в народной культуре":
"Лета молодые, счастливая доля уходят от человека (на небо) по калиновому мосту":

Ой з-за гори из-за кручi орли вилiтають;
Не зазнаю я роскошi, вже й лiта минають.
Запрягайте конi в шори, конi ворониi,
Догоняйте лiта моi, лiта молодиi!
Чи догнали, не догнали в калиновiм мостi:
"Вернiтеся, лiта моi, хоч до мене в гостi?"
- Не вернемось, не вернемся, не маем до кого:
Не вмiли нас шанувати, як здоровья свого.
(Метлинский, 106)⁶¹

⁵⁶ Толстой А. Н. Собрание сочинений. В 10-т. Т.8 - М.: "Художественная литература", 1985. - С. 274.

⁵⁷А. М. Ремизов. Избранные произведения. - М.: "Панорама", 1995. - С. 9.

⁵⁸А. М. Ремизов. Избранные произведения. - М.: "Панорама", 1995. - С. 9. А. М. Ремизов. Избранные произведения. - М.: "Панорама", 1995. - С. 27.

⁵⁹А. М. Ремизов. Избранные произведения. - М.: "Панорама", 1995. - С. 162.

⁶⁰А. А. Потебня Символ и миф в народной культуре. Собрание трудов. - М.: "Лабиринт", 2000. - С. 426-427.

⁶¹А. А. Потебня Символ и миф в народной культуре. Собрание трудов. - М.: "Лабиринт", 2000. - С. 426-427.

Дмитрий Фатеев
Мифологемы "Калинов мост" м "речка Смородинка" в устном народном творчестве и произведениях русских писателей XX века

Полное или частичное использование материала возможно только с письменного разрешения автора.