Мария Крылова (Санкт-Петербург) - о концерте группы "Калинов Мост"

18.06.1999 в Питере, в кинотеатре "Спартак".

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: без глаз пробирались...

Все начиналось так: голяк в карманах, заваленный элементарный экзамен (видать, лето подействовало) и твердое решение, во что бы то ни стало попасть на концерт.

Он должен был начаться в 19.30. В 19.00 я была на месте. Народу было настолько мало, что в моей голове зароились подозрения: а вдруг не сегодня, или не в это время и не здесь к тому же... Вокруг сидело, ходило, стояло человек 10. Но это было уже кое-что.

Пробираться через главный вход было явно бесполезно: здоровенные охранники практически загородили его собой, выпроваживая зайцев. Решив осмотреть окрестности, я двинулась вокруг здания, дергая все имевшиеся двери (3 из которых оказались заколоченными, а одна - черным ходом). Рядом с ним работали какие-то люди. Мимо прошли двое парней: "Девушка, а у вас рубля не будет?" Я поинтересовалась: "А у вас, случайно, билетик не завалялся?" Посмеялись: "Ах, и вы вписаться хотите?" и разошлись.

Из-за стены раздавались до боли знакомые звуки - начинался концерт. Около черного хода три девушки умоляли рабочих пропустить их: "Мы художницы, хотите, ваш портрет нарисуем, прямо здесь, на стене? Ну, пустите, какая вам разница?" Я присоединилась к ним: "Ну, пустите, хотите, мы вам пива принесем, жалко вам, что ли?" По ходу дела выяснилось, что бедные девушки отсиживались в "Спартаке" с 16 часов, пока их не заметили. Самым незловредным на вид казался один из рабочих, периодически проезжавший мимо на велосипеде. Мы заныли: "Дяденька с добрыми глазами, ну проведите нас, пожалуйста!" Безрезультатно, и то же самое с работавшей там девушкой. В конце концов, художницы бросили неблагодарное занятие и ушли. Я осталась и продолжала упрашивать, нарвавшись на следующую реплику одного из рабочих, сильно смахивающего на Карабаса-Барабаса!: "Ты что здесь, самая крутая, что ли? Их не пустил и вас не пущу, Хотите, - разбирайтесь с администрацией!" Тем временем вернулись парни-безбилетники, а к черному ходу подъехал грузовик. Мы оказались по одну сторону от него, рабочие - по другую. Недолго думая, путаясь ногами в каких-то металлоконструкциях, валявшихся на земле, мы напролом полезли в дверь прямо перед носом у других рабочих и, чуть не рухнув в коридоре, буквально вывалились в темный зал. КОНЦЕРТ ЕЩЕ И НЕ НАЧИНАЛСЯ!!!

По залу, заплетая косу, чинно прогуливался Д.Ревякин. Жаль, мы были в такой горячке, что пока соображали, что к чему, он уже ушел.

Прошу прощения за столь долгое вступление, но я подумала, что уж если писать, так все.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: моя песня - память навсегда.

Ревякина звали минут 20. Концерт начался с "Моей песни". "Дима, волосы распусти!" - послышался крик из зала. ДР. ухмыльнулся и сказал: "Вы где все? Что-то вас не видно!" Дальше напишу, насколько помню - все-таки до этого концерта я слушала всего пару альбомов и многих песен не знала. Так что, если что не так, извините.

Пел Ревякин просто потрясающе, особенно если учесть не самую лучшую акустику маленького зала. И звук, несмотря ни на что, был классный! Были "Интухэ", "Девочка летом", "Набекрень голова" (которую я мечтала услышать), "Рудники свободы" (посвящается сербам), "Сны сбываются" (вот уж точно!). "Иного не надо" отыграли так, что на ревякинской гитаре порвалась струна. ДР. доиграл на 5 струнах. Смоленцев ушел, прихватив с собой пострадавшую гитару. О нем скажу особо: такое впечатление, что играя, он из себя все нервы повыдергивал, даже слегка закладывало уши, когда прямо перед моим носом он возил грифом по стойке микрофона. Тем временем Барышев приземлился по-турецки на сцену, а Дима запел а-капелло. Это что-то! Песню я не знала - кажется, он объявил ее то ли как "Атаман", то ли как "Ворон". Далее последовала "Девка красная", которую народ спел сам по себе, глядя на довольного Ревякина - к тому времени людей уже прибавилось.
На лицах было просто счастье в чистом виде, после каждой песни кричали "Спасибо!" Я нахлопалась до такой степени, что у меня на ладонях, наверное, яичницу можно было жарить. На сцену полетел огромный букет из полевой травы, красная фенечка и венок из листьев с одинокой гвоздикой. ДР. поднял ее и сказал спасибо. "Тебе спасибо!" - прокричали из зала.

Дальше были: "Родная", "Накричали птицы", "Юные", "Пропадать молвой", "Птицей белой" (очень пронзительная песня). Было безумно обидно из-за отсутствия фотоаппарата. Через минуту народ радостно завопил, и Ревякин запел "Сансару". Припев был отдан на волю зала. ДР. задумчиво бродил по сцене, пока не наткнулся на лохматый летний венок и не водрузил его на голову с радостной улыбкой. После поинтересовался: "Ну что, по домам? В субботу здесь же, люди!" Послышался дружный протест. Он спел еще что-то и попрощался. Зал взорвался аплодисментами.

Постепенно стали расходиться. Но не тут то было: первые ряды подняли дружный вопль: "Дима, не уходи! Дима, вернись! Дима, спой еще! Еще! Еще! Еще!" Люди стали возвращаться. На сцену кто-то вышел и сказал: "Ну, если только на одну песню. И хлопайте громче, а то ему там не слышно". Поднялась буря. Через 5 минут на сцене показался виновник торжества и, шутя поинтересовался: "А чего это вы так разбушевались?

Все-таки люди северные..." и спел на бис "Родную".

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: я проснулась!

На улице шел летний дождь. Я насквозь промокла, и все вокруг для меня было солнечным - такое ощущение, что я впервые увидела окружающий мир, как в детстве - теплый, радостный, светлый... Так оно и сейчас.

И счастлив тот,

Кто может обернуться и сравниться

С невинным, непорочным -

И мерить дальше путь;

И крепче затянуть

Узлы незримых пут

Себя с собой.

(Д.Ревякин, "Гнев совы")

PS: спасибо моей подруге, которая сохранила это письмо, написанное ей мною глубокой ночью после концерта. А на следующий день я встала в 6 утра и, сидя на подоконнике, грелась на июньском солнце...

Мария Крылова (Санкт-Петербург)

<<

Рейтинг@Mail.ru